Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

поезд с солдатами на фронт

Стихотворение «Белое солнце и низкие, низкие тучи» Марина Цветаева пишет в 1916 году, находясь в городе Александров, который во Владимирской губернии. Этим летом шла отправка солдат на фронт Первой мировой войны, поэтому за сюжетом поэтессе не пришлось идти далеко – прямо через Александров шли поезда на запад.

Стихи наполнены болью, которой буквально пропитана русская земля. Кто-то уезжает на фронт (на смерть), кто-то провожает родных навеки, другой уже потерял своих близкий и в душе его пустота. Это тонко чувствует Цветаева и отображает боль в стихотворении.

Уже в первом четверостишье замечен символизм:

И на песке вереницы соломенных чучел
Под перекладинами в человеческий рост.

Человек в это время равен чучелу – его недолго делают, но быстро сжигают. Редкие исключения, когда чучело оставляют для отпугивания ворон (врагов).

Второе четверостишье также не лишено символизма, ведь баба с чёрных хлебом – это мать потерявшая сына, мужа или брата.

Далее поэтесса обращается к Господу, задавая ему простой вопрос «Для чего?».

Господи! - и для чего стольким простреливать грудь?

Но Господь не слышит или у него иные, непонятные нам, планы – поезд уходит, унося на фронт ещё одну порцию пушечного мяса.

В последнем четверостишье Цветаева видит, что Богу здесь и сейчас нет дела до жизни людей и пишет, что тогда лучше вообще не рождаться, чем видеть как увозят на смерть и слышать жалобный вой провожающих своих родных:

- Нет, умереть! Никогда не родиться бы лучше.

Стихотворение буквально пропитано болью, такие строки не пишутся потом, они как хроника могут создаваться только гением на месте чужих преступления.

Белое солнце и низкие, низкие тучи,
Вдоль огородов - за белой стеною - погост.
И на песке вереницы соломенных чучел
Под перекладинами в человеческий рост.

И, перевесившись через заборные колья,
Вижу: дороги, деревья, солдаты вразброд.
Старая баба - посыпанный крупною солью
Черный ломоть у калитки жует и жует...

Чем прогневили тебя эти старые хаты, -
Господи! - и для чего стольким простреливать грудь?
Поезд прошел и завыл, и завыли солдаты,
И запылил, запылил отступающий путь...

- Нет, умереть! Никогда не родиться бы лучше,
Чем этот жалобный, жалостный, каторжный вой
О чернобровых красавцах. - Ох, и поют же
Нынче солдаты! О, господи Боже ты мой!

3 июля 1916

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить