Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Богач

Обжигает до костей, как плеть надсмотрщика, а после разит наповал, как выстрел снайпера стихотворение с символичным заголовком «Хвала богатым», написанное Мариной Цветаевой в 1922 году. Сложный ямб и перекрёстная рифма нисколько не унижают ценности стихов, после их прочтения начинаешь, невольно, сочувствовать богатым и завидовать цветаевской «рвани».

Это стихотворение можно назвать насмешкой над богатыми, представленными в строках в нелицеприятном виде. Сразу отмечу, что стих написан не из зависти, когда жажда и недоступность богатства заставляют выражать искусственное презрение к драгоценному металлу. Слова стихотворения – это отрывок из гимна поэтессы, которая никогда не склоняла голову и не ходила по миру с протянутой рукой.

Взгляд со стороны рвани

Вначале «хвалы» Цветаева сразу расставляет нужные акценты, причисляя себя к рвани, но добавляя, что её место в мире честное. Эта позиция даёт поэтессе право иметь своё мнение по отношению к богатым и высказывать его в чистом виде, без купюр.

Что себя причисляю к рвани,
Что честно мое место в мире.

По мнению автора, жизнь калек и уродов находится под колёсами излишества богатых. Объявление по этому поводу любви к «золотой» верхушке выглядит насмешкой, что станет понятно из дальнейших строк. Неискушённый читатель может подумать, что Цветаева проявляет словесную любовь к богатым из-за желания не оказаться в ряду «хромых и уродов», но это явно не так. Марина уже причислила себя к лику рвани вначале стихотворения, поэтому перестановки по ходу излишни.

Сущность богатых

Далее поэтесса открывает сущность большинства богатых. У них с детства гнилой корень жизни, весь смысл существования сводится к походам из одного кармана в другой. Их просьбы тихи, но для низших сословий они выглядят, как приказ. В глаза богатые не смотрят, сфера их интересов лежит много ниже душевных порывов, да и в рай большинство из них не попадёт. Они целуют насильно, покупая ночь, не имея возможности завоевать чужое сердце и душу за счёт личных качеств.

За навязанные им ночи,
(И целуют и пьют насильно!)

Ещё Цветаева «любит» богатых за то, что ни её никогда не купят. Пусть покупают полмира, но звон золота никогда не был для поэтессы манящим и им до неё не достать!

Также «любовь» рождается от того, что самое большое сиротство в мире – это богатство, а сироту нельзя не любить!

И за то, что меж всех отверженств
Нет — такого сиротства в мире!

Блаженны милосердные

Марина Цветаева принимает этим стихотворением главные христианские заповеди – она клянётся в любви не за, а вопреки. Нельзя не любить отверженных со взглядом, изумлённым насмерть, нельзя не любить тех, кого не полюбят и после смерти (в рай не пустят). Вместе с тем, любовь к богатым – это не более чем маска, за которой видно смеющееся лицо Цветаевой, за которой сарказм и работа желваков для плевка на позолоченный стол богатства.

P.S. Кто знает, может есть за маской и толика милосердия, которого более достаточно для богатых, нежели любви.


И засим, упредив заране,
Что меж мной и тобою — мили!
Что себя причисляю к рвани,
Что честно мое место в мире:

Под колесами всех излишеств:
Стол уродов, калек, горбатых…
И засим, с колокольной крыши
Объявляю: люблю богатых!

За их корень, гнилой и шаткий,
С колыбели растящий рану,
За растерянную повадку
Из кармана и вновь к карману.

За тишайшую просьбу уст их,
Исполняемую как окрик.
И за то, что их в рай не впустят,
И за то, что в глаза не смотрят.

За их тайны — всегда с нарочным!
За их страсти — всегда с рассыльным!
За навязанные им ночи,
(И целуют и пьют насильно!)

И за то, что в учетах, в скуках,
В позолотах, в зевотах, в ватах,
Вот меня, наглеца, не купят —
Подтверждаю: люблю богатых!

А еще, несмотря на бритость,
Сытость, питость (моргну — и трачу!)
За какую-то — вдруг — побитость,
За какой-то их взгляд собачий

Сомневающийся… — не стержень
Ли к нулям? Не шалят ли гири?
И за то, что меж всех отверженств
Нет — такого сиротства в мире!

Есть такая дурная басня:
Как верблюды в иглу пролезли.
…За их взгляд, изумленный насмерть,
Извиняющийся в болезни,

Как в банкротстве… «Ссудил бы… Рад бы —
Да»…
За тихое, с уст зажатых:
«По каратам считал, я — брат был»…
Присягаю: люблю богатых!

30 сентября 1922

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить